Писатель должен писать

23:35 

…и даже не подозревает, что

Too-ticki
"Только бы эти болваны не вздумали выйти на лед спасать меня, -- подумала она. -- Они только испортят мне праздник".
Дарья просыпается, потягивается и трет глаза. Сегодня суббота, но на работу идти нужно, потому что — аврал, декабрьский номер. Все эти незамутненные идиотки-губки-бантиком задержали свои материалы до последнего, а теперь как безумные принялись их слать, по нескольку раз править уже сверстанные тексты и требовать замены фотографий, присылая вместо готовых откорректированных файлов какую-то жуткую непечатную ерунду. И все это — теперь, когда сдача номера в типографию откладывается уже второй раз кряду, а тянуть дальше совершенно некуда. Поэтому Дарье сейчас придется встать, путаясь в ногах и стульях добраться до ванной и отвернут там кран. Все это будет, но чуточку позже, а пока Дарья потягивается, трет глаза и даже не подозревает, что в полутора тысячах километров и семнадцати с половиной часах езды от Петербурга две веселые тетки тридцати с гаком лет хихикают, шуршат и ловят смешную белую кошку, которая просачивается у них между рук и ног и забавно крякает. Наконец, кошка поймана, а Дарья встала, добралась до ванной и, шлепая босыми ногами по кафелю, забралась под душ. Перед ее закрытыми глазами мелькают яркие образы вчерашнего суматошного дня в офисе, а лицо заливают щекотные водяные струйки, новые правки, что пришли на ее личную почту за полночь, их надо бы внести и отправить первыми, лица коллег, обрывки разговоров, шумит вода, утекая в сток. Кошка схвачена, нежно скручена и недовольно мрявчит, одна из веселых теток, хихикая, ловко накидывает ей на белый хвост кусок почтовой бечевки, завязанный петлей, а Дарья пьет чай у себя на кухне, откусывает разом пол бутерброда и собирает сумку. Кошка выпущена, она смешно кружит по комнате и ловит кончик веревки, шустро волочащийся за хвостом, две веселые тетки хихикают, а Дарья проглатывает последний кусок сыра и одновременно натягивает шапку. Наконец, веревочная петля соскальзывает с кошачьего хвоста и игра заканчивается, а Дарья захлопывает за собой дверь и бежит на работу.
Дарья бежит на работу и даже не подозревает, что прямо сейчас, в этот самый момент, два веселых ангела трех с гаком тысяч лет наблюдают за ней и крайне подозрительно хихикают. Легкий смех их зимой замерзает и падает на землю ледяным пухом, снежинки над головой у Дарьи закручиваются двойной танцующей спиралью, но никто не обращает на это внимания.
На следующий день Дарья просыпается поздно, за полдень. Воскресенье, она взяла остаток работы на дом, там всего ничего, завтра журнал уйдет в типографию и ее оставят в относительном покое аж до конца января. Дарья потягивается и трет глаза, она вытягивает руки над головой, урчит по-кошачьи и переворачивается с левого бока на спину. Чуть ниже спины что-то отчаянно мешает ей. Складки одеяла, одежда? Что за ерунда? Дарья вертится, но удобнее не становится, Дарья садится на колени, Дарья смотрит на постель. На постели ничего нет. Дарья сползает на пол, она чувствует себя странно. Дарья вертится вокруг своей оси и оглядывает себя слева и справа, смотрит за спину. Дарья находит хвост.
ой!

Вопрос: Понравилось?
1. Да  5  (83.33%)
2. Нет  1  (16.67%)
Всего: 6

@темы: проза, сказка

   

главная